Вот идeт мессия! ..
Автор: Дина Ильинична Рубина / Издательство: Эксмо-пресс
Жанр книги: Современная проза
ISBN: 9,–7856–9924–4
Часть третья 36
-
Часть 3
-
– Где? – спросил он.
– Возле мечети. Этот проклятый поворот, там всегда что-нибудь случается.
Давид достал из бардачка оружие и положил перед собой. Поехали…
– Кого – не знаешь?
– Да я же весь день в этом Тель-Авиве! – раздраженно проговорила она.
Они ехали молча и быстро. У поворота перед мечетью, как всегда, отстегнули ремни.
– Ты глянь, как тихо, – сказала Зяма. – Ни души не видать.
– Попрятались, – отозвался он спокойно. – Ничего, сейчас спустимся в Рамаллу и немного их развлечем.
На въезде вдоль шлагбаума странным подпрыгивающим шагом прохаживался Иоська Шаевич. Он бросился к машине, нагнулся к окну.
– Давид! Через час, здесь, с оружием.
– Кто? – спросила его Зяма, предчувствуя уже ответ.
– Хаим Горк, – сказал Иоська. – Три пули. Одна в голову, две в живот. Надежды мало.
И с этой минуты ее не отпускала мелкая холодная дрожь, сотрясающая изнутри, разрывающая ребра.
По центральной улице уже кружила машина с громкоговорителем: через час все мужчины поселения Неве-Эфраим, с оружием… Все мужчины. С оружием.
Ее муж стоял наверху, там, где начиналась тропка, ведущая к «караванам». Она поняла, что он ждет ее давно на этом ветру, у него было очень озябшее лицо. Увидев Зяму, он повернулся и стал спускаться вниз один. Она догнала его, схватила ледяную жесткую руку и прижалась к ней губами.
Она представила, что он сегодня испытал, ведь он знал, что на тремпиаде она обычно подсаживается к Хаиму.
– Бедный, – сказала она, – прости меня…
Он молча спускался.
Он никогда бы не рассказал ей, как бежал сегодня вверх по этой крутой тропке, задыхаясь и держась за свое ненадежное сердце, уже перенесшее инфаркт пять лет назад. Как он бежал наверх, хватая воздух и подвывая какие-то бессмысленные, жалкие слова мольбы. И как, увидев его издалека, сквозь толпу, окружившую беленый домик секретариата, рыжебородый их раввин Яаков закричал ему: «Нет! нет! », – и яростно замахал руками.
Это чудо, сказал ему потом Яаков, это Божье чудо, что ее не было в машине. Молись. Обе задние дверцы прошиты насквозь.
Ничего этого муж не стал ей рассказывать.
Он был гораздо старше нее, она была последней и самой пронзительной женщиной в его жизни. А он умел ценить последние дары лета. Также молча они поднялись по ступенькам и вошли в свой вагончик, по которому метался, чуявший неладное, пес. Он бросился к Зяме, отчаянно пытаясь допрыгнуть до ее лица. Она села на корточки и обняла его и, зажмурясь, подставила лицо под его горячий колючий язык. Всего этого могло уже не быть, подумала она. Ее по-прежнему колотила мельчайшая дрожь.
– Я звонил в «Хадассу», – сказал муж сдержанно, – Хаима прооперировал Иегуда, ты знаешь, Иегуда – бог. Но даже если Хаим останется жить, это не принесет никому счастья.
– Ты хочешь сказать, что он не сможет двигаться?
– Я хочу сказать, что это будет уже не Хаим. Она вскочила и заходила по тому загончику с диваном, креслом и кухонным столиком, что назывался у них «салоном». Потом резко села. Ее сотрясала неуемная дрожь.
– Я хочу, чтоб все они сдохли, – сказала она.
– Что? – не понял он.
– Я хочу, чтоб все они сдохли, – выкрикнула она и заплакала, – все они, со своими женами, детьми и животными! Чтоб мы хоронили их семь месяцев, не разгибая спины!
– Поздравляю, – сказал он. – Почему – семь месяцев?
Она не знала – почему. Это было старое, из детства, страшное проклятие деда. Чтоб мы хоронили их, не разгибая спины, говорил он на идиш. Деда, кого – их? Врагов, мамэлэ. Наших врагов. Каких врагов, где – враги, их не было видно вокруг ни одного…
Она давно и навсегда забыла это старое дедовское проклятие. Кто мог подумать, что однажды, на этой земле, оно ей так страшно пригодится. Что слишком многое пригодится ей на этой земле.
Муж сел напротив нее, сильно с двух сторон сжал коленями ее судорожно сведенные колени.
-
Закладки
…Так вот, в последние год-полтора с окружающего мира…
– Как – ушел? – удивился Сашка. – У меня ж его паспорт.…
После подписания бумаг (а оно вряд ли было менее торжественным,…
По четвергам он делал закупки в «Гринберге» – огромном, издали…
(И давайте, хоть и запоздало, выясним отношения: в этом романе…
Витя уже сидел в машине, он должен был, как обычно, завезти…
Танька Гурвич, которую все обитатели квартала «Русский стан»…
Она улыбалась и стеснительно говорила, рассыпала горстями…
– Доктор, – пробормотал Рабинович, наклоняясь, – скоси глаз…
Письман сам провоцировал дискуссии, которые кончались…
– Ну и что? – А то, что все они евреи, каждый – пуп земли,…
Номер этого телефона-автомата знали все поселенцы, на тремп…
И в который раз: вдох – три минуты пустынной дороги,…
«…Обнаженная писательница N. лежала в горячих струях…
Писательница N. всмотрелась в фотографии этих двух, столь…
Витя сидел за компьютером и медленно, старательно набирал что-то…
Нелепое, бездарное существование! Ничто не в радость. Взять…
– Витя! Пора капать глаз! – Так что! – огрызнулся он тем…
– Почему – про всех! – возмутилась Юля. – Вы видите мою…
